составители
татьяна евстафьева
виталий нахманович
БАБИЙ ЯР:
человек, власть, история
книга 1
историческая топография
хронология событий
комитет «бабий яр» статьи документы иллюстрации указатели о книге обновленная версия
 ДОКУМЕНТЫ
РАССТРЕЛЫ И ЗАХОРОНЕНИЯ В РАЙОНЕ БАБЬЕГО ЯРА ВО ВРЕМЯ НЕМЕЦКОЙ ОККУПАЦИИ
№ 42
Из протокола допроса в МГБ в качестве обвиняемого бывшего служащего СД Ф. Круля
18 октября 1950 г.
Протокол допроса

Вопрос: Вы ознакомлены с постановлением о перепредъявлении Вам обвинения, по которому вы обвиняетесь в том, что осенью 1941 года, будучи рядовым Советской Армии, сдались в плен к немцам.

В марте 1942 года добровольно поступили на должность переводчика немецких карательных органов «СД» в городе Киеве. Вскоре после поступления закончили специальные курсы, готовившие кадры карателей.

Работая переводчиком «СД» в городе Киеве, в 1942–1943 годах участвовали в арестах советских граждан, их допросах и конвоировании в тюрьму. В ряде случаев по заданию сотрудников «СД» производили аресты самостоятельно. В начале лета 1942 года участвовали в расстреле советских граждан, содержавшихся в Cырецком лагере близ Киева.

С лета до осени 1942, а также с осени 1943 года служили переводчиком «СД» в гор. Белая Церковь, где также участвовали в арестах, допросах и расстрелах советских граждан. После изгнания немецких захватчиков с территории Украинской ССР служили в «СД» в городе Риге.

В конце 1944 и в начале 1945 годах проходили военную подготовку в составе особой команды «СД» в Германии, в этой же команде весной 1945 года до дня пленения участвовали в боях против советских войск в Берлине, т.е. в преступлениях предусмотренных ст. 54–1«б» УК УССР.

Признаете ли Вы себя виновным в предъявленном Вам обвинении?

Ответ: Предъявленное обвинение мне понятно. Виновным в предъявленных мне обвинениях по ст. 54–1«б» УК УССР я признаю себя полностью, к некоторым пунктам предъявленного мне обвинения желаю дать пояснения.

Действительно в августе 1941 года Дарницким райвоенкоматом города Киева по мобилизации я был призван на службу в Советскую Армию и зачислен рядовым рабочего механизированного батальона, располагавшегося на железнодорожной станции Гребенки Полтавской области.

Находясь в этом батальоне, наряду с работой по выгрузке артиллерийских снарядов и авиабомб, я проходил строевую и стрелковую подготовку. В сентябре 1941 года наш батальон попал в окружение немецких войск, поэтому моя сдача в плен к немцам не являлась добровольной.

Находясь в немецком лагере для советских военнопленных (километрах в 40 от ст. Гребенки), я заявил немецкой военной администрации о том, что я по национальности немец, в связи с этим был отделен от других советских военнопленных не немецкого происхождения.

Месяца через два из лагеря я был отпущен и получил письменное разрешение (справку) на право возвращения к своей семье в город Киев.

По прибытии в Киев, я зарегистрировался, как немец, через некоторое время получил специальное удостоверение. После 2–3-х месячной работы электромонтером гостиницы «Марсель», в марте или апреле 1942 года по предложении немецкого офицера, являвшегося шефом гостиницы, я поступил на службу в киевскую «СД», размещавшуюся на улице Короленко 33, в доме, где до войны находился НКВД. На службу в «СД» я пошел, желая избавиться призыва в немецкую армию и отправки на фронт. С первых дней после поступления в «СД» я получил форменное обмундирование, установленное для рядовых немецких войск «СС» и сразу же был зачислен на месячные курсы вспомогательной полиции. После курсов около месяца или немного больше я работал переводчиком и конвоиром при начальнике тюрьмы «СД» в городе Киеве. Обыскивал, поступавших в тюрьму арестованных. Как переводчик опрашивал их для регистрации, конвоировал арестованных в тюрьму, из тюрьмы на допросы в «СД» и в эшелон для отправки в Германию. Приблизительно в мае 1942 года по приказанию начальника тюрьмы «СД» унтершарфюрера Кейне я вместе с другими работниками «СД» выезжал для участия в расстреле группы арестованных советских граждан. Расстрел производился недалеко от лагеря Сырец (около Киева). В этом случае было расстреляно около десяти человек.

Я лично во время расстрела был вооружен винтовкой и находился в оцеплении места расстрела (приблизительно в 200-х метрах от расстреливаемых).

Лето и осень 1942 года я работал переводчиком «СД» в городе Белая Церковь, где основная моя работа заключалась в конвоировании советских граждан в тюрьму и из тюрьмы на допросы «СД». Были случаи, когда вместе с сотрудниками «СД» я ходил на аресты, иногда, как переводчик, участвовал в допросах советских граждан.

Приблизительно в сентябре 1942 года, когда по распоряжению работника Белоцерковский «СД» — гауптшарфюрера Куга я вместе с другими сотрудниками «СД» выезжал на расстрел группы, взятых из тюрьмы «СД» советских граждан.

Расстрел производился приблизительно в километре от города Белая Церковь. Я, вооруженный «наганом», находился в оцеплении места расстрела. До конца расстрела в этом случае я не был в связи с тем, что один из расстреливаемых советских граждан, пытаясь бежать, набросился на меня с ножом. Получив ранение руки и слегка головы, я был отправлен в лазарет.

Осенью 1942 года из Белой Церкви меня перевели обратно в «СД» города Киева, где я продолжал службу при другом начальнике тюрьмы — Гайнце, который в то же время возглавлял работу по выявлению и арестам оставшихся в Киеве одиночек евреев.

До отступления из Киева, т.е. до осени 1943 года, будучи переводчиком при Гайнце, я участвовал в арестах советских граждан – евреев, в их допросах и конвоировании.

В тех случаях, когда арестовывались одиночки мужчины или женщины, по заданию сотрудника «СД» Гейнца, я ходил на аресты один.

Фамилии советских граждан, которых мне приходилось арестовывать, я не помню.

Осенью 1943 года перед бегством из города Белая Церковь я присутствовал в тюрьме «СД», когда во двор тюрьмы поодиночке выводили на расстрел нескольких советских граждан.

Лично я советских граждан не расстреливал. С начала и до осени 1944 года после бегства с Украины, я работал электромонтером в «СД» в Риге.

В январе 1945 года около 2-х недель находился на Западном фронте против бывших союзников (англо-американцев).

Приблизительно с апреля 1945 года, находясь в особой команде «СД», я участвовал в обороне Берлина от наступавших советских войск.

2 мая 1945 года при разгроме Берлина был пленен советскими солдатами. Обо всех этих моих преступлениях я дал более подробные показания на прошлых допросах.

[...]

ДА СБУ, ф. 5, спр. 39 664, арк. 121–126.
Оригинал. Рукопись.