составители
татьяна евстафьева
виталий нахманович
БАБИЙ ЯР:
человек, власть, история
книга 1
историческая топография
хронология событий
комитет «бабий яр» статьи документы иллюстрации указатели о книге
 ДОКУМЕНТЫ
РАССТРЕЛЫ И ЗАХОРОНЕНИЯ В РАЙОНЕ БАБЬЕГО ЯРА ВО ВРЕМЯ НЕМЕЦКОЙ ОККУПАЦИИ
№ 46
Из протокола допроса в Прокуратуре в качестве свидетеля участника сожжения трупов в Бабьем Яру Я. Капера
13 февраля 1967 г.

Протокол допроса свидетеля Капер Якова Абрамовича, 1914 г., уроженца г. Любар Житомирской обл., еврея, гражданина СССР, образование 7 классов, б/п, работающего в экспериментальных мастерских Киевского мединститута столяром, г. Киев, ул. Героев Триполья, 25, кв. 49

[...]

По настоящему делу могу сообщить следующее:

В начале Отечественной войны я был мобилизован в Советскую Армию. Воинская часть, в которой я проходил службу, располагалась под Киевом и в сентябре 1941 г. попала в окружение немецких войск. Я был пленен и находился в лагере военнопленных. Через несколько дней меня, как еврея по национальности, немцы отправили в специальный лагерь для заключенных евреев, расположенный в г. Киеве по ул. Керосинной. В лагере нас избивали, морили голодом.

Примерно 29–30 сентября 1941 г. из этого лагеря начали вывозить заключенных на автомашинах в «Бабий Яр» и расстреливать там. Меня посадили в последнюю автомашину, но я по пути к «Бабьему Яру» в районе Лукьяновки выпрыгнул из машины на ходу и упал на дорогу, где лежали расстрелянные люди. Скрыться мне не удалось. По пути в Пуще-Водице я был пойман гитлеровцами и отправлен в гестапо, а затем в лагерь для евреев в г. Киеве по ул. Институтской.

Через два месяца вместе с другими пятью заключенными направили на работу в так называемую школу полиции на ул. Мельника 48. В этой школе, как и лагере, над нами издевались, условия там были сверх нечеловеческие.

Осенью, в сентябре–октябре 1942 г. меня и еще троих заключенных, Будника Д.И., Островского Л., отчества его не помню и Вилкис Филиппа, отчества его также не помню, посадили в автомашину-душегубку и завезли в Сырецкий концлагерь, где мы находились до августа месяца 1943 г.

Из лагеря нам было видно, как гитлеровцы систематично два или три раза в неделю возили людей в «Бабий Яр» на расстрелы.

В августе 1943 года нас угнали в Бабий Яр, заковали в кандалы (цепи), заставили вытаскивать трупы, строить специальные печи и сжигать в них остатки жертв.

Поместили нас в землянку, немцы из зондеркоманды жестоко избивали заключенных. Ложились мы ночью в землянке прямо на сырую землю. В Бабьем Яре нас таких заключенных было 300 человек с лишним.

После раскопок ям мы вытаскивали трупы пожарными баграми (крючками) и складывали их плотно в печи, построенные из каменных плит, рельс, прутьев и слоев дров, облитых нефтью. Между такими слоями лежали трупы. Печи поджигали, и они горели более суток. Одновременно в другом месте оврага нас заставляли строить новые печи. Так повторялось много раз. Кости, остававшиеся после сжигания трупов, мы дробили ступками, просеивали через сетки, смешивали с песком и рассыпали вместе с пеплом, заравнивая дороги.

Заключенных также заставляли перед сожжением трупов вытаскивать из них золотые зубы и другие ценности.

Я видел, как в овраг приезжала машина-душегубка, останавливалась на несколько минут с работающим мотором, а затем мы вынуждены были выгружать из этой машины трупы и бросать их в горящие печи. Нередко в душегубках люди не умирали и их бросали в огонь живыми. Из горящего костра раздавались крики и стоны.

Кроме того, мы видели, как в овраг Бабьего Яра привозили людей на автомашинах и расстреливали здесь же, не умерщвляя газом, а трупы также сжигали. Уничтожению в душегубках и расстрелам в Бабьем Яре подвергались мирные жители, партизаны и советские активисты.

В Бабьем Яре я и другие заключенные находились около двух месяцев. За это время сожжено примерно 120 000 трупов.

Последнюю печь мы уже строили для себя, так как были обречены на гибель в этом Яре смерти.

Однако, хотя находились под сильной охраной гитлеровцев в созданных ими тяжелейших условиях, мы готовились восстать и выбираться на свободу. Воодушевлял нас на это заключенный Ершов.

Я нашел среди трупов ключ, который подходил к замку нашей землянки, где мы находились после работы, другие товарищи готовились разбить оковы и напасть на фашистов. 29 сентября 1943 года мы открыли замок и бросились на охрану. Из 300 человек удалось прорваться и спастись всего лишь примерно 10–15 человекам. Остальные были расстреляны на месте, а также недалеко от землянки убиты немецкими палачами. Кроме меня в живых остались Давыдов, Стеюк и другие. Почти все они проживают в городе Киеве.

Одним из руководителей уничтожения советских людей в период оккупации являлся бывший начальник Сырецкого концлагеря Радомский.

Начальником зондеркоманды был немец, некий Топайда, который организовывал сожжение трупов в Бабьем Яре. Он указал все места, где находились трупы расстрелянных людей.

[...]

ДА СБУ, ф. 7, оп. 8, спр. 1, арк. 139–142.
Заверенная копия. Машинопись.